Солнце Карлага: знаменитый ученый Александр Чижевский

фото из открытых источников

Знаменитого на весь мир биофизика Александра Чижевского без преувеличения можно назвать «солнечным» человеком. Он всю сознательную жизнь, даже сидя в тесной камере Карлага, смотрел на солнце, изучал его, посвящал ему стихи и делал зарисовки. Ученый раньше других понял, что активность светила влияет на жизнь людей. Самое же известное его изобретение – это люстра, которая излучает целебные аэроионы. Они обеззараживают воздух в помещении, в результате чего больные быстрее идут на поправку. Этот уникальный прибор Александр Чижевский изобрел в Москве, а сконструировал и применил на практике спустя много лет в Караганде, где остался, отсидев в Карлаге как «враг народа». 

Но обо всем по порядку. «Врагом народа» академик Чижевский стал не сразу. Его труды в космологии, физике, биологии и медицине признавали многие отечественные и иностранные ученые. Совнарком СССР даже выделил Чижевскому лабораторию, где он изучал положительное влияние ионизированного воздуха на живые организмы. Ученый мечтал, что с помощью своего изобретения очистит квартиры, производственные цеха и целые города от загрязненного воздуха.

В 1939 году кандидатуру Чижевского выдвигают на Нобелевскую премию, но он сам ее снимает. Александр Леонидович чувствует, что ему в спину дышат недоброжелатели. Его лабораторию закрывают, исследования объявляют лженаукой, а в 1942 году ученый попадает в лапы чекистов. Его в качестве арестанта отправляют в Челябинск, и там спустя год особое совещание при НКВД СССР выносит приговор: «Чижевского Александра Леонидовича за антисоветскую агитацию заключить в исправительно-трудовой лагерь сроком на восемь лет».

«Оснований» для обвинения чекисты нашли предостаточно. Во-первых, непролетарское происхождение: Чижевский был сыном царского генерала. Во-вторых, как указали в приговоре, он «вел переписку с иностранными учеными, за что был представлен к Нобелевской премии». В-третьих, как написано в том же документе, «выступал против Сталина» и «не принял Октябрьскую революцию».

Сначала ученый попадает в Ивдельлаг на Урале, а в 1945 году его переводят в Карлаг – в самое его сердце, в поселок Долинка. Сейчас здесь находится Музей памяти жертв политических репрессий. В Долинке Александр Леонидович работает в больнице, как ему предписано лагерным порядком. Заниматься наукой у него поначалу не было возможности.

Этот тяжелый этап в жизни светила науки исследовала карагандинский журналист и писатель Екатерина Кузнецова. Она выпустила книгу под названием «Карлаг: по обе стороны «колючки».

«По прибытии в наш лагерь Чижевский был направлен на работу в поликлинику, где имеется единственный рентгенкабинет с необходимым для работ по ионизации трансформатором, – цитирует Екатерина Кузнецова производственную характеристику из дела ученого. – З⁄к Чижевскому было поручено на научной конференции ознакомить врачей с проблемой аэроионизации и... провес­ти наблюдения по этому методу. Одновременно ему была поручена работа по электростатическому распылению лекарственных веществ и по изучению влияния ионизации по реакции эритроцитов. Проводя эти работы в течение 10 месяцев, з⁄к Чижевский ничем особенным себя не проявил, сами работы определенного, бесспорного эффекта в основном не дали…»

Находясь в Карлаге, Александр Чижевский сильно болеет. Тюремные врачи ставят ему несколько диагнозов – «склероз мозга», «грудная жаба», «бронхит». Академик – инвалид первой группы. Несмотря на болезни, плохое питание и ужасающие условия содержания, он не теряет веру в себя. Ученый пишет протесты, добиваясь освобождения, и по мере возможности занимается наукой. Тут ему помогает замначальника Карлага подполковник Слюсаренко.

«Благодаря Слюсаренко Чижевский получил в свое распоряжение крохотную каморку, бывшую кладовую при художественной мастерской, – говорится в книге «Карлаг: по обе стороны «колючки». – Комнатушка была так мала, что в ней еле уставились топчан да тумбочка. Зато была печка, которую можно было топить и на которой можно было сварить жиденький супец из остатков домашней посылки. А главное, это был свой угол, тишина. И устроившись на топчане так, что ноги упирались в противоположную стену, мог Александр Леонидович, положив на колени фанеру, работать».

Чижевский тратит на дело каждую свободную минуту. Он пишет научные работы «Абсолютная очистка воздуха от пыли и микроорганизмов», «Электростабилизация морфологических и белковых элементов крови при переливании», «Электростатический метод интенсификации химических реакций», отправляет их руководству ГУЛАГа, но безрезультатно. Ответ ему дают один и тот же: «Научной ценности не представляет».

Видимо, Александр Леонидович так надоел лагерному руководству своими просьбами, требованиями и жалобами, что в 1948 году его переводят в Спасский особлаг. Он тоже располагался на территории Карагандинской области.

«Попасть в Спасск – это все равно что быть приговоренным к смерти, – отмечает Екатерина Кузнецова. – Умирали здесь часто и помногу. Освобождались редко и единицы. Сидели здесь «особо опасные государственные преступники». Уголовников почти не было, зато в изобилии были представлены высшие армейские чины, партийная администрация, военнопленные, лица с присоединенных территорий».

Однако Чижевского здесь зачисляют в штат лагерной больницы и даже дают маленькую комнатку, которая становится его лабораторией. Тут академик встречает своего знакомого – математика Павла Тихонова. Он был сильно болен и, казалось, что вот-вот умрет. Но Чижевский выходил пациента, после чего тот стал его помощником. Вместе они разрабатывают теоретическую основу нового изобретения – электромаски для защиты органов дыхания шахтеров от пыли.

Дело в том, что Спасский особлаг поставлял рабсилу для рудников Жезказгана. Люди страдали силикозом – болезнью, которая возникала из-за попадания в легкие песка и пыли. Электромаска Чижевского представляла собой респиратор с трубкой, в котором функции фильтра выполняло электрическое поле. Его должен был создавать маленький генератор, помещавшийся в карман рабочего. Ученый просил предоставить ему материалы, для того чтобы сконструировать электромаску, но тщетно. В 1950 году закончился срок его заключения, однако проект так и не был воплощен.

Чижевский понимал, что уехать в Моск­ву или Ленинград ему, «врагу народа», не позволят, поэтому решил остаться в Караганде. Он отправил в отдел здравоохранения местного облисполкома письмо с просьбой о работе. Ее удовлетворили. Александра Леонидовича взяли лаборантом в онкологический диспансер. Позже он стал сотрудничать с областной клинической больницей, где открыл кабинет аэроионизации.

Кроме того, в Караганде была сконструирована ионизирующая люстра Чижевского. Ее испытания проводили на шахтах № 38 и 70. Перед спуском в лаву горняки в течение 30 минут сидели возле включенного прибора и дышали. Потом три раза в месяц врачи осматривали их и делали выводы. Люстра показала свою эффективность. Подтвердилось предположение академика Чижевского о том, что отрицательные ионы нейтрализуют пыль, которой вынуждены дышать шахтеры под землей.

В 1959 году Александр Чижевский с супругой уехал в Москву. С того времени на карагандинских шахтах перестали проводить ионизацию воздуха. В 1964 году академик ушел из жизни. Но осталась память о «солнечном» ученом, его труды и изобретение, которые до сих пор используют для лечения от болезней органов дыхания. 

Обратите внимание