Казахстана
Информационный портал

Вход в систему

Что нового?
Добавить компанию

«Не хватало только колючей проволоки»

11 августа 2010 - 05:38
Автор: 
Айсулу Исаинова
Источник: 

В прошлом номере мы писали, что в Шетском районе начался суд над местным фермером и его сыном. Их обвиняют в том, что они долгие годы незаконно лишали свободы и эксплуатировали трех человек.

«БОГА НЕ БОЯТСЯ»
Татьяна – женщина приятной полноты, короткие волосы покрашены в цвет красного дерева, а ногти покрыты неброским лаком. В ушах – скромные серебряные серьги, на ногах – босоножки на платформе, одета в джинсы и блузку, сверху которой накинута мастерка. Глядя на нее, никогда не подумаешь, что перед тобой бывшая невольница, которая недоедала и выполняла черную работу. Но все, кто знал ее раньше, в один голос твердят: она была грязная и тощая, как щепка. Год свободы преобразил женщину до неузнаваемости.
Татьяна не хочет рассказывать про личную жизнь и о том, как судьба забросила ее в Казахстан. Вспоминает только, что на зимовку попала благодаря дочери хозяина, которая посулила ей неплохой заработок, еду и крышу над головой.
- Она не говорила, что это ферма, сказала только, что надо помочь по хозяйству ее пожилым родителям. А я всю жизнь коров доила, любила со скотиной возиться. Приехала в Каракудык в конце мая, когда хозяева переезжали на летнюю стоянку. Я отел принимала, коров доила, выгоняла их на пастбище, молоко сепарировала, масло сбивала, еще и по дому всю женскую работу делала. Первые месяцы ко мне относились нормально, а когда зима наступила, питание резко ухудшили, – делится собеседница. – Только присядешь поесть, хозяева уже орут: «Э, давай быстрее, надо работать». Сколько у нас из-за еды скандалов было: я больше двадцати коров доила, неужели кусок масла не заработала? Верите, нет, однажды, когда молоко сепарировала, набрала себе маленькую пиалу каймака (свежей сметаны – авт.), они меня так избили, что вся кровью истекала.
- Там все поголовно нас били: и хозяин, и сыновья, и внуки – вот такие шпендики, – в школу ходят, а уже ногами пинают, – показывает бывшая невольница, опустив руку на уровень пояса. – Потому что дети на взрослых насмотрятся и берут с них пример. Турсынбек (глава крестьянского хозяйства Акжунисов – авт.) намаз читает и такие вещи творит. Он даже бога не боится. Однажды после очередных побоев я хотела уйти, он предупредил: «Если сейчас уйдешь, я сяду на лошадь, возьму дубину и буду гнать тебя обратно». Я все-таки пошла, через десять метров обернулась, смотрю: правда, на лошадь садится, я подумала, если он сейчас переломает мне кости, я точно не встану. И вернулась обратно. Мне всегда говорили: «Ты здесь сдохнешь, и мы тебя на сопке похороним, а вместо памятника корову привяжем». Мы жили как в концлагере, не хватало только колючей проволоки и автоматов.
Татьяну вместе с Владимиром Соломатиным и Октябрем Ли освободили сотрудники ДВД весной прошлого года. После этого в крестьянском хозяйстве была назначена налоговая проверка, которая выяснила, что трудовых договоров с работниками фермер не заключали. А врачи, полностью обследовав освобожденных людей, выявили у них кучу болезней.
- По некоторым литературным данным, причинами заболеваний могли послужить физическая работа с часто повторяющимися стереотипными движениями, нагружающими одни и те же суставы, подъем тяжестей, неправильное питание, употребление недоброкачественных продуктов, длительные интервалы между приемами пищи, – зачитывал вывод медиков гособвинитель.

«РОДНЫЕ ЛЮДИ»
На судебном заседании 69-летнему подсудимому Турсынбеку Акжунисову стало плохо. Объявили перерыв, во время которого врачи «скорой помощи» измерили давление и сделали старику укол. Участники процесса больше часа ждали, пока обвиняемому полегчает. Воспользовавшись перерывом, его сын Ержан Акжунис раздавал интервью, пытаясь убедить журналистов, что громкое дело не стоит выеденного яйца.
- Я никакого отношения к крестьянскому хозяйству не имею. Я отделился от отца в 88-м году, когда после армии женился и переехал жить на станцию Киик. С тех пор работаю машинистом на железной дороге, – сразу подчеркнул подсудимый, заявляя, что не согласен с обвинением. – Мы с этими людьми были как одна семья. Друг другу родными стали. Неприятности начались в прошлом году, когда на зимовку приехал Огизбаев (в прошлом номере «НВ» рассказывал о том, что пастух пытался спасти Татьяну – авт.). Я думаю, его кто-то послал, чтобы нас подставить. Они (бывшие работники – авт.) добровольно жили на зимовке, работали, ничего не требовали. Сами с отцом договаривались. Мы хотели с ними трудовой договор оформить, но ни у кого из них документов не было. У пенсионера денег нет – бери, пожалуйста, корову или барана за работу. Но они не требовали оплаты. А то, что просили, мы им покупали.
- Если вы утверждаете, что они вам как родные были и вы столько лет дружно с ними прожили, почему они сейчас такие страшные вещи рассказывают?
- Не знаю почему. Кто-то их подговорил так рассказывать.
- Вы их били?
- Зачем мне это? Как можно женщину или старика бить? Вообще-то они не у меня работали, я просто в гости к отцу приезжал. Они ели с нами из одного котла, с одного дастархана. Все, что они сейчас рассказывают, – ложь. Пойдите к любому фермеру. Там не три, а по десять таких людей работает. И все без документов. Сейчас у всех есть такие рабочие.
- Если вы с обвинением не согласны и говорите, что за работу готовы были расплатиться скотиной, почему сейчас вы не хотите им заплатить? Возможно, они и пошли бы с вами на мировую.
- Нет, – засмеялся подсудимый. – Когда-то у Тани была своя корова, потом она сдохла. Да и вообще, они не у меня работали.

ОТКРОВЕНИЯ О РАБСТВЕ
Ержан Акжунис – не единственный, кто заявляет, что в степи процветает рабство. Практически на каждой зимовке есть батраки, и не всегда к ним относятся по-человечески, говорит бывшая невольница Твердохлеб.
- Мои хозяева даже толком не знают свою скотину. Если бычок потеряется, они меня по зимовкам с собой возили, искали пропажу в чужих стадах. Я же с малых лет телят выращиваю, всех их знаю, так сказать, в лицо. Дальше в степь проезжаешь, верите или нет: люди оборванные, пешком коров с баранами пасут, – рассказывает Татьяна Твердохлеб. – Во время следствия районный прокурор у меня спрашивает: «Ваше семейное положение?» Мое семейное положение к делу не относится. Я отвечаю: «Вы лучше посмотрите, что в вашем районе творится. Страшно смотреть, в каких условиях живут». Он отвечает: «Мы объезды делаем, никто не жалуется». Да потому что люди запуганные, не могут сказать правду. Потому что, когда комиссия приезжает, хозяева им столы накрывают, рабочих в чистое одевают. Все эти фермеры живут за счет чужого горба, сами не работают. Надо совхозы восстанавливать, чтобы государство контролировало всю работу. Фермеры покупают детям квартиры, машины, должности за счет нашего горба. Ведь мы этот скот выращиваем с младенчества. Надо по всей строгости хоть одних наказать, чтобы в следующий раз другие боялись и сами пахали на своем хозяйстве. Они сейчас нам тычут: «Да вы – нищета». Да, мы – нищие. Зато у нас совесть чиста.
Самое интересное, что сельские чиновники не отрицают, что в аулах используют труд так называемых «бичей». Аким села Бесага на свою голову выступил свидетелем защиты. Рассказал, что несколько лет назад приезжал в Каракудык в составе делегации, чтобы вручить многодетной супруге пожилого фермера подвеску «Алтын Алка». По словам сельского главы, он видел опрятно одетых Октября Ли и Татьяну Твердохлеб. Мол, никто из них не подошел к нему с жалобами на тяжелую жизнь.
- Вы знали, что на вашей территории живут люди без прописки и, возможно, без документов, и не стали выяснять их личность? – удивился прокурор.
- У меня нет постоянного участкового. Я же не могу сам приехать и забрать их. Почти у всех есть такие работники, – растерялся аким Бесаги Абдрашит Мукашев.
- Вы не могли сами забрать, но могли сообщить об этом в правоохранительные органы. А вы просто посмотрели и уехали. Следователь ДВД фото потерпевших вам показывал?
- Да.
- Вы же тогда никого не узнали, почему сейчас на нее показываете? Получается, вы лжете? Тем более что за год Твердохлеб изменилась. Мы будем рассматривать этот вопрос, – заявил гособвинитель, записывая данные вспотевшего акима себе в блокнот.
Адвокаты фермера и его сына заявляют, что будут доказывать невиновность своих клиентов до последнего. В качестве свидетелей защиты они вызвали около двадцати родственников и друзей подсудимых, готовых подтвердить, что «рабочие» Акжунисовых добровольно жили на зимовке. В ожидании вызова некоторые мужчины распивали спиртное прямо в коридоре суда, не обращая внимания на единственного пристава. А тот благоразумно делал вид, что ничего не замечает. К пяти часам вечера, когда начался опрос свидетелей, подвыпившие мужчины, не стесняясь запаха перегара, убеждали суд в добропорядочности фермера и его семьи. О дальнейшем развитии событий читайте в одном из следующих номеров.

Фотографии: 
«Не хватало только колючей проволоки»
«Не хватало только колючей проволоки»
«Не хватало только колючей проволоки»
«Не хватало только колючей проволоки»
«Не хватало только колючей проволоки»


Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу. Если у вас есть аккаунт в Gravatar, то этот e-mail будет использован для отображения вашего аватара.